?

Log in

No account? Create an account

Категория: религия

О браке, женском священстве и феминизме. Batushka ответит VS священник Сергий Лепин

Человек ли женщина? А что по этому поводу думает Церковь? Как там с церковным феминизмом? Почему до сих пор нет женского священства? Бояться ли жене своего м...

Posted by Александр Шрамко on 6 сен 2017, 18:38

из Facebook

Метки:

Священник Александр Шрамко

Беларусь во многом уникальная страна. Что называется, не соскучишься. Вот, например, веками люди спорили о вере, разоблачали еретиков, доказывали истинность православия… Потрачено столько интеллектуальной энергии... И только в Беларуси додумались решить проблему просто и окончательно.

Posted by Александр Шрамко on 18 май 2017, 05:35

из Facebook

Метки:

Ответы на вопросы белорусского журнала "Человек и закон". Поскольку в соответствующей публикации   журнала (№5 2013 г.) приведены лишь отдельные цитаты, помещаю здесь все ответы целиком.

1. Какую пользу может принести и какой вред может нанести автокефалия Православной Церкви в Беларуси? Есть ли в ней смысл и нужна ли она в Беларуси? Какие могут быть причины переходу к ней?

Читать дальше...Свернуть )

2. С точки зрения церковного права и законов Беларуси, насколько реально появление в стране собственной автокефальной церкви?

Читать дальше...Свернуть )
3. Есть ли стремление к автокефалии среди церковных кругов, белорусских властей, белорусского общества? Кто более всего склонен к ней: Церковь, власти, оппозиция, простые верующие и т.д.? Насколько соотносятся с идеей автокефалии недавние заявления президента А.Лукашенко о необходимости реформы Церкви?

Читать дальше...Свернуть )
4. Есть ли исторические обоснования возможной автокефалии белорусской Церкви? Насколько каноническим было объявление БАПЦ в 1920-1940-е годы?

Читать дальше...Свернуть )

5. Какова вероятность того, что автокефальную БПЦ признают другие Православные церкви? Не приведет ли ее появление к расколу, как это произошло в Украине?

Читать дальше...Свернуть )

6. Что представляет из себя сегодня действующая БАПЦ? Насколько она многочисленна? Может ли она стать двигателем автокефалии БПЦ или наоборот ее тормозом?

Читать дальше...Свернуть )

7. Возможен ли переход БПЦ из юрисдикции Московского патриархата в юрисдикцию Константинопольского? Есть ли сторонники такого подхода в Беларуси и Константинополе? Что более реально переход БПЦ под омофор Константинополя или создание БПЦ? Есть ли преимущества у первого варианта перед вторым?

Читать дальше...Свернуть )
...Когда историк начнет изучать по синодальному архиву, если только он уцелел, жизнь русской церкви перед революцией, он будет поражен безмерным количеством наградных дел. Награды сыпались как из рога изобилия.
Архиереи, архимандриты, игумены, священники были засыпаны всевозможными наградами. Викарии награждались такими орденами, каких раньше с трудом удостаивались архиепископы. Сорокалетние архиереи возводились в архиепископы, награждались крестами на клобуки, - наградой, которой раньше сподоблялись лишь престарелые архиепископы. Митра для белого духовенства стала почти обычной наградой и т. д., и т. д.
Интересен самый процесс награждения. При В. К. чрезвычайно разрослась категория спешных дел, "в первую очередь". Историк поразится, когда увидит, что в эту пору самыми спешными делами были наградные: "о награждении такого-то архимандрита орденом {283} Св. Анны 2 ст.", "такой-то игуменьи наперсным крестом" и т. п. Чиновники Св. Синода рассказали бы множество случаев, какая часто спешка, суматоха поднималась, как останавливали все другие дела, чтобы немедленно двинуть дело о награждении какого-либо иеромонаха наперсным крестом, архимандрита орденом и т. д. Историк должен будет отметить тот факт, что в эпоху В. К. Саблера Св. Синод главным образом занимался наградными и бракоразводными делами.
Множество наградных дел и спешность, с которой они велись, должны были бы свидетельствовать о какой-то особенной, шедшей в церкви работе, о беспримерном обилии выдающихся архипастырей и пастырей, об особом расцвете церковной жизни и, в особенности, двух ее сторон: архиерейской и монашеской, ибо награды главным образом падали на долю отрекшихся от мира иноков.
Конечно, ничего подобного не было. Если можно говорить о каком-либо обязанном мощному содействию и покровительству В. К. расцвете, то только о болезненном расцвете так называемого "ученого" монашества, в руках которого и раньше была иерархическая власть русской церкви, а теперь оказалось и духовно-учебное дело. В "царствование" В. К. развилась какая-то эпидемия пострижении студентов духовных академий, пострижении без счету, выбору и разбору, своего рода скачек к архиерейскому омофору. Это безнравственное и уродливое явление в последнее время привело к измельчанию архиерейства, омирщению монашества, развалу руководимых монахами духовных учебных заведений.
Читать дальше...Свернуть )
Советское время, конечно, оставило неизгладимые шрамы на теле  русской православной церкви - и внешними гонениями, и внутренними "приспособлениями".
Но многое проглядывается еще в дореволюционных нравах. Сейчас читаю Воспоминания последнего протопресвитера армии и флота Георгия Шавельского. Там он, например, сравнивает двух архиереев в Польше времен начала Первой мировой войны, католического архиепископа Александра Каковского и православного архиепископа Николая (Зиорова). Последний, судя по описанию, просто просится в герои  "несвятых святых".
Но сначала о католическом архиерее, у которого протопр. Георгий попросил встречи для передачи финансовой помощи беженцам из католического населения.

Архиепископ не заставил себя ждать. Легко и быстро вошел он в комнату через те же двери, через которые меня только что ввели. Вид архиепископа располагал в его пользу. Высокого роста, статный, с красивым, приветливым лицом и умными глазами, он производил впечатление человека интеллигентного, воспитанного и очень доступного. Мы поздоровались, как здороваются светские люди. Видно было, что и он удивлен моим визитом.
- Чем могу служить? - обратился он ко мне.
Я объяснил ему цель своего посещения.
- Тут есть Беженский комитет. Может быть, вы найдете возможным и лучшим ему передать эти деньги. Я позволю себе посоветовать вам сделать это, - спокойно заметил он.
- А я вновь решаюсь просить ваше высокопреосвященство принять деньги. Как представитель Православной церкви, я считаю наиболее целесообразным вручить жертву нашей церкви именно вам, как представителю римско-католической церкви и как архипастырю, которому лучше, чем Беженскому комитету, известны нужды застигнутой несчастьем его паствы, ответил я.
Архиепископ еще раз попробовал отказаться, а потом принял деньги.
- Сейчас я выдам вам расписку в получении денег, - сказал он, поднимаясь с кресла.
Но я запротестовал:
- Если мы, священнослужители, перестанем на слово верить друг другу, то к кому же тогда можно иметь доверие?..
Последние слова мои, по-видимому, очень тронули архиепископа, и он тепло поблагодарил меня. Закончив свою миссию, я хотел уйти, но он удержал меня. Между нами началась уже дружеская, откровенная беседа. Архиепископ стал делиться со мною своими переживаниями последнего времени.
- Поверьте мне, - говорил он, - что я люблю Россию, желаю ей только добра и славы, и потому мне особенно тяжелы те огромные ошибки, которые русской властью допускаются на каждом шагу, нанося, может {208} быть, непоправимый вред русскому делу.
Будем говорить о Польше, о русской политике в Польше. Русская власть точно нарочно бьет по самолюбию поляков. Обратите внимание хоть на такой факт. Немцы нам ненавистны, - они давние наши враги. А в нашем крае все высшие должности предоставлены немцам: недавно умер генерал-губернатор Скалон, теперь и.д. генерал-губернатора - Эссен, губернатор Корф, обер-полицейместер - Мейер, начальник жандармов - Утгоф, президент города Миллер и т. д.
Он назвал около 10 немецких фамилий.
- Обратите внимание на школьное у нас дело. Нам запрещают преподавание Закона Божия и истории на польском языке и пр. Я понял бы все эти ограничения и притеснения, если бы они были нужны или полезны для государства, для Православной церкви... Но они ведь для церкви не нужны, для государства вредны, для нас же, поляков, обидны, оскорбительны, унизительны.
Свои положения архиепископ иллюстрировал целым рядом документов: секретных циркуляров и распоряжений министерства народного просвещения и внутренних дел, - документов, часто противоречивших один другому, исключавших друг друга. В заключение он осторожно обмолвился, что он был бы очень рад, если бы все сказанное стало известно великому князю. Я пообещал доложить последнему о нашем разговоре. Мы расстались очень приветливо. Не знаю, какое я произвел впечатление на архиепископа, но я, уходя от него, искренно сожалел, что он не украшает нашей русской церкви.


И сразу же следующая встреча с православным архиепископом Николаем. Небезынтересны в этом рассказе  и факты, демонстрирующие


От римско-католического архиепископа я проехал к православному русскому архиепископу Николаю. Последний, несомненно, по своим природным дарованиям не уступал архиепископу Каковскому, может быть, даже превосходил его. Но, к сожалению, жизнь сделала с ним {209} то, что сейчас это был человек, лишенный такта, выдержки, а по временам - всякого благоразумия. У него всё зависело от минуты и настроения. Умевший иногда бывать, как никто другой, интересным, приветливым, радушным и отзывчивым, он в другое время, - и это, как будто, бывало чаще, - поражал своей горячностью, резкостью, грубостью, доходившими до жестокости, до безрассудства. Если бы высокий сан, который он носил, не делал его личности неприкосновенной, он каждый день рисковал бы подвергнуться жестокой расправе от беспрестанно оскорбляемых им. Я думаю, что именно ложно понятое архиепископом Николаем величие его сана и положения и недостаточность служебного воспитания сделали его и гордым, и надменным, и своенравным, и нетерпимым к чужому мнению.
Барин в жизни, не отказывавший себе ни в чем, он был деспотом в обращении с другими, особенно с низшими. А низшими он считал почти всех. Его одеяние отличалось роскошью; стол обилием и богатством. Его знаменитые именинные обеды, которые он давал членам Синода и другим избранникам 6-го декабря в Петербурге на Подворье, на Подъяческой улице, во время своего присутствования в Синоде, служили всякий раз занимательной темой для суждений не только в обществе, но, несмотря на строгость цензуры, и в печати. Кюба и Яр могли бы поучиться у архиепископа, как надо "на славу" угощать гостей.
В обществе архиепископ появлялся не иначе, как при звездах на рясе. А когда его награждали новой звездой, то он в тот же день спешил к фотографу, чтобы запечатлеть новое сияние на своей груди.
Вспыльчивость архиепископа не знала границ. Редкий день у него обходился без какого-либо "случая", сказать прямее, - без скандала. Больше всего доставалось подчиненному духовенству, бесправие которого в старое время всем известно: владыка тогда, особенно такой, как этот, влиятельный в Синоде, волен был, как {210} выражались, в жизни, и в смерти священника. Но не избегали грозного владыческого гнева и сановные лица. В 1911 году или в 1912, - точно не помню, - мне рассказывали в Варшаве, как о самом пикантном событии дня, что "на днях" владыка с криком "пошел вон", выгнал из своего дома командированного министром путей сообщения члена его совета, действительного статского советника Н. для производства дознания между священником и железнодорожным начальством. Не застав владыку в Варшаве, Н. отправился к нему на дачу, в Зегрж (за 30 в. от Варшавы). День у владыки почему-то оказался неприемный. Петербургский сановник, однако, попросил келейника доложить о нем. Владыка отказал в приеме. Сановник повторил просьбу во второй и третий раз, сославшись на невозможность для него ждать приемного дня. Этого было достаточно, чтобы в ответ на последнюю просьбу вылетел в приемную вышедший из себя владыка и с криком: "Это еще что? Сказано не принимаю! Вон пошел!" - выпроводил за двери не ожидавшего такого приема петербуржца.
23 мая 1915 г. в соборе, в алтаре, после причащения, оставшись недовольным порядком вечерней службы 22-го мая, совершенной викарием еп. Иосафом, архиепископ Николай кричит на последнего, в присутствии множества духовенства: "Если бы я знал, что ты такой дурак, я не сделал бы тебя архиереем" (Передаю этот факт со слов настоятеля Варшавского военного собора прот. А. Успенского, бывшего свидетелем этой безобразной сцены.).
21 февраля 1913 года в день празднования 300-летия царствования Дома Романовых, в алтаре Казанского собора, переполненном архиереями и духовенством, архиепископ Николай, беседуя с архиереями, вдруг обрывает архиепископа Гродненского Михаила (Умер в 1929 г. в сане митр. Киевского.):
{211} - Перестаньте, Владыка! Вы ведь, кроме глупостей, ничего не можете сказать.
А "знаменитому" впоследствии епископу Владимиру (Путяте), вставившему в этот разговор какое-то слово, резко замечает:
- Еще что? Младший, а тоже суется со своим мнением. Ваше дело молчать, когда старшие разговаривают.
Как только меня назначили на должность протопресвитера, архиепископ Николай прислал мне письмо, где, вместо поздравления, напоминал мне, что мои предшественники редко посещали войска Варшавского округа; если и я так же редко буду объезжать эти войска, то он будет жаловаться на меня Государю Императору. Такое предупреждение явилось для меня насколько неожиданным, настолько же и странным, так как в то время с архиепископом Николаем я еще не был знаком, и, кроме того, Варшавскому архиепископу никто не предоставлял права контролировать действия военного протопресвитера. И я письмом ответил владыке, что разбросанные по всей России воинские части я буду посещать по мере возможности и по собственному усмотрению необходимости посещения тех или иных частей; докладывать же Государю о своих посещениях или непосещениях я могу сам, так как гораздо чаще, чем он, имею возможность беседовать с Государем.
Когда через несколько месяцев мы встретились с ним в Варшаве, он и виду не подал, что получил отпор с моей стороны. Но зато после моего отъезда из Варшавы он рвал и метал по поводу тех торжественных встреч, которые войска устраивали мне и каких не удостаивался он (Войска, действительно, встречали меня торжественно, в иных местах пышнее, чем своих командующих военными округами. В Варшавском же округе некоторые военные начальники старались как можно торжественней обставить встречу меня, чтобы тем, по-видимому, подчеркнуть свою нерасположенность к архиеп. Николаю. Так, например, было в Новогеоргиевской крепости летом 1913 г. Там, при моем приезде, от пристани (я прибыл на пароходе) до крепостного собора, на протяжении трех верст, были расставлены шпалерами войска с оркестрами музыки, которые во время моего следования от пристани в собор исполняли "Коль славен". Так как от крепости до дачи архиепископа было всего несколько, - чуть ли не пять, - верст, то архиепископу тотчас стало известно об оказанной мне встрече. И он не нашел ничего лучшего, как почти тотчас после моего приезда помчаться в Новогеоргиевск. Можно себе представить возмущение архиепископа, когда комендант крепости, ген. Бобырь, не любивший архиеп. Николая за его резкость и грубость, приказал, чтобы встречали архиепископа просто, в соборе, и архиепископ был встречен без всяких воинских церемоний. Архиепископ не удержался, чтобы тут же не высказать коменданту своего недовольства: "Вы протопресвитера встречали торжественно, а меня, архиепископа, как встречаете? Я буду жаловаться". Комендант ответил: "Протопресвитер - наш духовный глава, это во-первых, а во-вторых, он в первый раз посещает нас". Архиепископ уехал из крепости возмущенный.).
{212} Пребывание такого православного архипастыря в Варшаве рядом с осторожным и воспитанным джентльменом римско-католическим архиепископом, конечно, не могло служить на пользу Православной церкви в Польском крае.
После визита к архиепискому Каковскому я направился к архиепископу Николаю.
На этот раз владыка был "в духе" и положительно очаровал меня своей деликатностью, приветливостью, умной и интересной беседой. Я просидел у него более часу, не заметив, как пролетело время. Едучи от него, я думал: "Если бы он всегда был таким! Он мог бы быть тогда украшением церкви. Теперь же, при своей дикой неуравновешенности и безудержности, он - притча во языцех: его боятся, его избегают, видя и испытывая на себе отвратительные особенности его "ндрава", которые совсем придушили и закрывают от других высокие свойства его ума и сердца".
[...]
До июля 1915 г. он беспощадно относился к священникам своей епархии, покидавшим свои приходы при наступлении немцев и несколько раз строго предписывал, чтобы священники оставались на своих местах и по занятии их неприятелем. Ослушникам он грозил чуть ли не лишением сана. Я сочувствовал такому образу действий архиепископа Николая, считая, что, с одной стороны, священник не имеет права в пору опасности оставлять своего служебного поста, бросать на произвол судьбы свою паству, и что, с другой стороны, никакой серьезной опасности от немцев остающимся {220} священникам не угрожает. Но вот очередь дошла до самого архиепископа. В июле 1915 года определилась необходимость очистить Варшаву. Не помню точно, когда, кажется, 11 или 12 июля, - великий князь после высочайшего завтрака, Государь тогда был в Ставке, - говорит мне:
- Телеграфируйте архиепископу Николаю, чтобы он немедленно уезжал из Варшавы в виду возможности оставления ее нашими войсками.
- Ваше высочество, - возразил я, - архиепископ Николай беспощадно карал священников, оставлявших свои приходы. Его отъезд, поэтому, вызовет и в духовенстве, и в народе большое негодование и справедливые нарекания, что особенно нежелательно в иноверном крае. Кроме того, по моему мнению, остающемуся архиерею не может угрожать от немцев решительно никакой опасности.
- А вдруг немцы начнут издеваться над ним? - раздраженно сказал великий князь и тотчас отошел от меня. Я телеграммы после этого не посылал, но думаю, что она была послана из Штаба Ставки, так как архиепископ Николай потом в свое оправдание говорил, что ему повелели оставить Варшаву.
Архиепископ Николай уезжал из Варшавы между 11 и 15 июля. В царских комнатах вокзала собралось всё Варшавское духовенство провожать своего архипастыря. И уезжающий, и провожающие в ожидании отхода поезда рассеялись в конце большого вокзала, за столом, на диване и креслах. Когда шла беседа, в зал быстро вошел в шапке, состоявший при Штабе Главнокомандующего западного фронта, полковник Генерального Штаба Носков и, не замечая находящихся, направился к противоположным дверям.
- Невежа! - закричал архиепископ. - Еще военный, а не знает, что надо отдавать честь архиепископу... Снять шапку!
{221} Полковник быстро остановился и, взяв под козырек, ответил :
- Я не заметил Вашего Высокопреосвященства, - прошу извинения.
- Учить вас надо!.. невежд... Вон пошел!.. - не унимался архиепископ. К полковнику Носкову подошел польский граф Вельегорский и, подавая ему свою визитную карточку, сказал:
- Я не могу быть безучастным свидетелем возмутительного издевательства над вами.
С полковником Носковым произошел нервный припадок...
Через несколько дней от Главнокомандующего Западного фронта генерала Алексеева поступил рапорт на имя великого князя с описанием происшедшего на Варшавском вокзале. Великий князь направил переписку обер-прокурору Св. Синода для принятия соответствующих мер.
По приезде архиепископа Николая из Варшавы в Петроград у него разыгрался другой, еще больший скандал. В это время вышел из печати том его Варшавских проповедей. Любивший наделять других своими печатными произведениями, владыка тотчас повез свою новую книгу в Государственный Совет для раздачи своим коллегам по этому высокому учреждению (Арх. Николай в то время был членом Государственного Совета.). Все наделяемые отвечали благодарностями, а В. И. Гурко, вместо благодарности, выпалил:
- Вы, владыка, чем раздавать эти проповеди тут, лучше бы произносили их в брошенной вами Варшавской епархии.
Побагровевший архиепископ разразился отчаянными ругательствами по адресу Гурко, в ответ на которые последний с кулаками бросился на архиерея. Членам Государственного Совета удалось силой удержать Гурко, {222} другие в это время увели владыку. После этого скандала архиепископ Николай слег в постель, с которой больше не вставал. Через несколько недель, осенью 1915 года, он умер.
Несомненно, что последние два скандала и сопровождавшие их неприятности ускорили кончину грозного архиепископа. Если это предположение верно, то владыка даже и умер от скандала.


И такой архиепископ не просто какое-то частное недоразумение, а плод общей тенденции, о чем и делает вывод автор:

Архиепископ Николай - пышный бутон в цветнике нашей иерархии, естественный продукт нашей архиерейской школы последнего времени, не только калечившей людей, подготовляемых ею к величайшему в Церкви служению, но искалечившей и тот высочайший идеал, которому они должны служить. Трудно представить какое-либо другое на земле служение, которое подвергалось бы такому извращению и изуродованию, как архиерейское у нас. Стоит только беглым взглядом окинуть путь восхождения к архиерейству, - я беру явление, как оно чаще всего наблюдается, хотя и не отрицаю исключений, - чтобы признать, что враг рода человеческого много потрудился, дабы, извратив, обезвредить для себя самое высокое в церкви Божией служение.
Как-то тут по случаю ознакомился с рассказом прот. Андрея Ткачева Совершенно достоверная история.
Весьма примечательный рассказик оказался. Поначалу может показаться, что этот всего лишь поповская сказка-мечта о богатом спонсоре, о том, что, если будешь хорошо себя вести, то непременно "прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете" и подарит не только эскимо. Но нет, смысл рассказа гораздо глубже, о чем настойчиво и даже навязчиво намекает и автор в заключительных словах:

В этой кратчайшей и достовернейшей истории столько морали, что в двух ведрах не унесешь. И формулировать выводы вслух как-то уж очень оскорбительно. Читатель и так все, наверное, понял. И даже больше понял, чем сам писатель в записанной им истории понял. Но кое-кто так ничего и не понял. Интересно, понял ли читатель, кто же это ничего не понял?

И действительно, не знаю как "ведрами", но явно вырисовывается целая притча вполне определенного и уже не раз заявившего о себе нового "евангелия", пытающегося подменить собой Евангелие Христово. И что самое коварное, от имени Самого Христа, внутри Его Церкви, от лица церковных священнослужителей. Из этого ряда и заявления Чаплина в защиту богатства и "знаков материальных возможностей", и столь популярные сказания о несвятых, но святых церковных начальниках. И вот, наконец - притча, где в концентрированном виде и подан нам "отчет об уповании" этой религии.

...По городку вблизи аэропорта ходит странный человек. Он переходит от одного священнического дома к другому и стучит в окна... И всего то хочет - немедленно покрестить младенца.
Относительно достоверности сразу возникают вопросы. Откуда столько священников в небольшом городке? Откуда этому человеку известны их адреса? И такая ли уж нужда в срочном крещении, если, судя по повествованию, "милейшему малышу" вряд ли грозила смерть (именно это и может быть основанием срочности крещения)? Может это и не человек вовсе? Действительно, невольно возникает аналогия с соответствующими христианскими притчами из патерика , где Сам Христос испытывает людей, являясь им в виде нищего странника. Только здесь, напротив, не в виде нищего, а в образе богатого. Правда, богатство его не бросается в глаза, как бы "прикровенно", хотя и не скрывается, просто "сейчас нет наличных" и богатая одежда не очень видна в темноте. Все это ни что иное, как пародия на Иисуса Христа, Божественное и Царское достоинство Которого до времени скрыто самоуничижением, хотя и свидетельствуется многими чудесами. Богач из нашей притчи тоже доходит до крайнего самоуничижения, опускаясь до жалкого просителя, ходящего между домами и стучащему в окна. В рассказе особенно подчеркнуто - именно стучит ("се, стою у дверей и стучу"), а не звонит. Нельзя не обратить внимания и на срок в три дня - в подражание Торжества Христа, наступившего через три дня после кульминации Его самоуничижения и позора, Богач из притчи именно через те же три дня превращается из робкого униженного просителя в повелителя и подателя благ, в "сильного мира сего". Собственно с ним-то ничего и не происходит - он как был так и остался неразлучно в своем царстве богатства. В отличие от богачей Евангелия не он спасается ("сегодня пришло спасение дому сему"), а он сам податель благ, спасения и царства. Все, что у него изменилось - это то, что у него появилась наличность, то есть способность одаривать, он "воскрес" и "вознесся". Спасаемый же здесь - батюшка. Нежданно-негаданно он оказывается в "царстве божием". И все за беспрекословное послушание слуги, не задающего вопросов и умеющего держать язык за зубами.
И тут мы подходим еще к одному ключевому моменту сюжета. Богач-то не просто богач, а и умеющий "затыкать рты тем, кто открывает их не вовремя". То есть, попросту говоря, перед нами не просто богач, а именно "крестный отец" в известном смысле. Да и на самолет он как-то странно спешит - без малейшей наличности в кармане. Не от закона ли? В кино о гангстерах это частый сюжет - главное, вовремя смыться, а потом, отсидевшись и откопав запрятанное, явиться во славе.
Казалось бы, зачем в рассказе делать упор на такую не совсем привлекательную для богача деталь - достаточно ведь для общего смысла быть ему просто богатым, не все же только бандиты у нас богачи. Ан нет - в том-то и дело, что это необходимый пункт "символа веры" новой религии. Богатства мало - посмотрите, как жалок хотя бы тот же Ходорковский со своим богатством. Богатство ведь можно и отнять, какое же тогда это "всемогущество", да еще "божественное"? Должна быть непременно и сила, пред которой адепты новой веры преклоняются больше, чем даже перед богатством. Будет сила, будет и богатство. Сила, перед которой буквально "молчит всяка плоть человеча". Сила, "заграждающая уста". Так, чтоб каждый "знал свое место" и чтобы "все было нормально". То есть такая своеобрзная гармония или даже симфония. В этом мире "полный порядок". И "спасение" заключается в том, чтобы занять в этом мире, не нарушая его гармонии, как можно более теплое место. Это можно сделать либо силой (сила преклоняется только перед силой, и поэтому, кстати, ненавидит демократию), либо в качестве дара. Само собой - не столько по заслугам, сколько "по благодати", то есть по капризу сильного, по внезапно проснувшемуся у него "желанию делать добро". В христианстве, мы помним, богачи одаривали всех неимущих, чувствуя перед ними свою вину: "раздам пол имения", "если кого обидел, возвращу вчетверо" и так далее. В этой же притче богатый никакой вины не перед кем не чувствует, более того ненавидит людей: "встречая в жизни чаще всего корысть и зависть, временами жалел даже рубля для нищего". Просто надумал и избрал, кого захотел.
По-моему, всего сказанного достаточно для того, чтобы распознать во всесильном богаче того, кто, согласно пророчествам, внешне подражает Христу, но внутренне имеет противоположную сущность. Перед нами не кто иной, как антихрист. Причем в буквальном смысле норовящий сесть посреди храма.
И как всякий самозванец, этот антихрист больше всего боится разоблачения. Отсюда и такое нескрываемое отвращение к подготовке и подготовительным беседам перед крещением. Никаких бесед! А вдруг, знакомясь с азами веры, узнают об истинном Христе и поймут обман? Ну и вообще... как это они думать будут, выбирать... Это не прилично в статическом мире насилия, где не думают и не выбирают, а только слушаются и занимают свое место в нише по благоволению господ. И священник тоже всего лишь исполнитель, слуга в "духовной области". Шоферу велят подвезти, уборщику - убрать, священнику - покрестить. А крещение - всего лишь акт инициации в этом мире и согласия с ним, где каждый знает свое место, где главенствует сила, пред которой "молчит всяка плоть человеча".

Мда... похоже, не меньше двух ведер вынес :)

Метки:

Вынесу из комментов кое-что из того, что думаю насчет возможных последствий нового понтификата. Многие пишут о том, что ждет католическую церковь, даже о каких-то потрясениях говорят. Так вот...
О новом Папе пишут, например:
При имени Франциск католики вспоминают в первую очередь святого Франциска Ассизского, "возлюбившего бедность" - и это имя весьма подходит Бергольо, который прославился защитой прав бедных - по выражению Джона Аллена, "его ведущая роль во время аргентинского экономического кризиса закрепила его репутацию как голоса совести". Известен Бергольо и личной скромностью: он отказался жить в епископском дворце, сдал в аренду лимузин и ездит в епархию на автобусе из скромной квартиры, где сам готовит себе пищу. В 2001 году он посетил хоспис, чтобы поцеловать и омыть ноги 12 больных СПИДом...

Отец Андрей Кураев пишет также:
Произвел очень светлое впечатление. Добрые глаза и лицо (этого так не хватало Бенедикту).
Избранное им имя (Франциск - апостол нищеты) обещает огромные потрясения для католической Церкви - понуждение ее к преобразованию в Церковь бедных, а не в Церковь солидных господ.
Сын железнодорожного рабочего-мигранта начал свой понтификат с просьбы к народу о молитвах о нем, а не с благословения самого народа свыше.
Он из Латинской Америки, где уже давно католическая церковь начала революционный путь от дворцов к хижинам. В Буэнос-Айресе он жил в маленькой квартире, отказавшись от дворца. Отказался он и от лимузина. Пищу готовит себе сам... В 2001 году посетил хоспис, где омыл и поцеловал ноги 12 больных СПИДом.
Дерзко сказал, что именно Рим нуждается в новой евангелизации. По правилам РКЦ иезуит может быть епископом только в миссионерском регионе. Дай Бог, чтобы по имени стало и житие его.

80302_original
Вот почему личность нового Папы может стать проблемной именно для православных, а не для Римо-Католической Церкви, сложного организма, застрахованного от излишних потрясений всеми внутренними механизмами, где и сам Папа только лишь часть системы.
Почему же может стать проблемой для православных, а точнее РПЦ? Да подумайте, если все более нарастающему богатсву и роскоши высшего духовенства РПЦ, сделавшихся ныне с любезной подачи прот. В. Чаплина чуть ли не догматом веры, раньше "мешал" пример даже ПРАВОСЛАВНОГО покойного сербского Патриарха Павла, то как все это будет смотреться на фоне КАТОЛИЧЕСКОГО высшего иерарха, и отнюдь не покойного? Не приведет ли это уже не к бегству не мифическому (распиаренному в в связи с последними скандалами), а куда более реальному и существенному?
Под "бегством" я здесь понимаю нечто более глубокое, чем физическое бегство из лона РПЦ "ногами". Последнее вряд ли вызовет потрясения, поскольку РПЦ все равно существует в основном не за счет верующих, а за счет практически неиссякаемого потенциала "захожан", "жертвователей" и "обрядоверов". Утрата даже половины из тех, чья доля едва дотягивает до 1%, внешне останется даже практически не замеченной.
Я же имеею в виду больше "бегство" внутреннее, в смысле отстранения, я бы сказал даже отвращения, а возможно даже и отмежевания значительной части, условного говоря, "идейного" контингента духовенства и мирян, которым и сейчас претит официальная доктрина "достойного обеспечения", но пока они имели пред собой в основном только идельное представление с сомнением, что такое, быть может, и не осуществимо в современной жизни. О том же патриархе Павле можно было сказать, что, мол, сколько той Сербии, что роль РПЦ куда более значима и весома в мире. Но если реальной альтернативой станет уже куда более весомый и значительный Римский Папа?
P.S. В качестве резюме процитирую (хотя целиком и не согласен, особенно по резкости нелицеприятных слов) один из комментариев из Фейсбука к этим мыслям:
"ровно о том же подумал. католикам единственное чего не хватало - святого на апостольском столе. актер был, препротивный, причем, актер. богослов был. святого не было. при том, что мы-то от наших патриархов святости даже и не ждем".

"Расцерковление"...

И с тех пор я такой
Все шире и шире русло так называемого "расцерковления":) Потому что это не новички со своими представлениями, а довольно-таки уже давние, вполне, как казалось, уже "инфицированные" средой. Из этого же русла мысли Кассии о "религии для бездельников"... Вдруг, как будто, исцелились, очнулись или вышли из летаргического сна ...
А мы-то думали, что так и будем с крестами на сытом животе поучать "непросвещенный" народец до скончания века... А оно еще, глядишь, и до действительной, а не кураевской "перестройки" доживем ...
...И не останется здесь камня на камне...

Последний месяц

Сентябрь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek